Заметки про продукты, стартапы и то, как доводить идеи до работающих решений без лишнего шума.
Всегда начинал «Идея — Партнёр — Валидация» и хоронил проекты на этапе «партнёр». Пора менять на «Идея — Валидация — потом партнёр», чтобы не прятаться за распределением ответственности.
Часть написана сразу после срыва, часть — через полгода: отказ от алкоголя не спасает магически, но даёт контроль, честность с собой и стабильный сон.
Неделя с листочком и ручкой, оценка навязчивых мыслей, секс/спорт, отказ от алко, КПТ-дневник и «just do it» как способ приручить овертинкинг.
Excel на все хотелки, шок от суммы, вывод: «диверсифицируйся или умри». Цель — $49k за год на квартиру через проекты и рост Twitter.
Фраза не про покорность, а про власть над ситуацией: поворачивая левую щёку после удара тыльной стороной, ты ставишь агрессора в ловушку.
Актуальный питчдек экономит часы: свежий memo — сразу каркас под проблему, решение, рынок, модель, конкурентов, план и запрос. Потом только адаптация.
Никакой информации в СМИ, непрозрачные условия, отсутствие регламентов и статусов: гранты выглядят как фильтр «для своих».
В пять утра слышу, как два бомжа обсуждают: счастье — процесс, а не константа. Один почти цитирует Аристотеля, второй заканчивает: «Мал, спи уже, за***л».
«Зелёный» банк в РК: бабушка без телефона, добрая женщина создала ей аккаунт и прошла видеопроверку. Вышла ли из аккаунта — неизвестно. Ради метрик забыли про безопасность.
Почему айтишников считают высокомерными: частые эмоции «я создал из ничего», культура споров, медийка и формула «кринж → охваты → офферы».
Эпитафия.
Чувствую себя персонажем Fallout с урезанными характеристиками: белый лист, апатия, мысли есть только вдали от задачи. Костыли: диктофон, стикеры, рутина.
Одна ситуация: три банка, боты и запросы на 30 дней там, где живой юрист решает за 5 минут. Может хватит диджитализации ради диджитализации?
Женщины у банкомата боятся запрета выходить на улицу ради VR. Зачем запрещать, если мы и так проводим в реальности по 2 часа в день?
Год жаловался, что ничего не успеваю. Хронометраж показал 4 часа утреннего YouTube. Решения: блокер, сон до полуночи, расстаться с девушкой и огромный Notion под себя.
Свободный рынок хорош для клиентов, но прибыль участников стремится к нулю. Дифференцируйся, монополизируй нишу и не воюй лбом с игроком №1.
Каспи платил бонусами вместо assessment fee, формировал привычку и подсаживал бизнес. Привычка закрепилась — бонусы перераспределили на Red и партнёров.
В семье не было авантюристов, но в 7–9 лет я зачитывался Джеком Лондоном; уверен, что книги из детства шьют характер: от тяги к риску до того, как выбираешь людей и решения.
От капчей на биткоин-рулетке до потерянного кошелька с $1500: как импульсивность и вера в воздух помогают находить деньги, но мешают их сохранять.
В 2014-м провинциальный подросток почти сдался, пока абстрактная картина с велосипедистом не подкинула надежду. Как один образ и Лумен вернули желание идти вперёд.
Как инвесторы должны проверять стартапы по сериалу Silicon Valley: код Ричарда на машине Хули, хот-доги Джиан Яна, COPPA у Динеша и убыточная пицца SliceLine.
Чистый энтузиазм быстро сгорает: деньги, идеи, злость и изоляция дают краткий буст, но без длинной мотивации команда развалится.
Пытался пройти авто-собес в казахстанском HRTech: бот навязал время, сломался на переносе, попросил нажать «прошёл», и в системе появилась отметка о несостоявшемся интервью. Несколько выводов для продукта.
Instagram верит в мой успех по данным, и, глядя на эту уверенность, я сам начинаю верить сильнее, хотя денег на MBA, регаты и виллы нет.
История двоюродной бабушки-«газпромовской» карьеристки и мои страхи: чего стоит успех, если в приоритете только работа.
Читаю старые статьи и комменты: в 2011 SaaS считали риском «для небольших», боялись оставить корпоративные данные на чужих серверах — и ведь были правы.
50 000 символов за полгода — советы, которые помогли мне начать и не слиться: цели, идеи, ритм, соперники и просьбы о репостах.
Я искренне верю, что у всех людей бывает внезапное желание: «Хочу сделать что-то, но идей нет». Большинство глушит этот импульс, и через время ловит подавленность: возник импульс — пришёл дофамин — появилось предвкушение; если действия нет, остаётся незавершённая задача и чувство незаконченности.
Курс по аналитике за ~100к: час определений, Retention из Amplitude и кейсы из бесплатных лекций. Лучше пиратить и учиться по статьям, книгам и друзьям.
Разогнал потребление до x3.4, получил проблемы с вниманием и памятью. Что попробовал, что сработало и почему телефон — главный враг фокуса.
Лендинг на конструкторе — не признак «отсутствия вкуса», а способ сэкономить время и деньги на проверке гипотез. Инструменты выбирают под цель.
Мне предложили стать инфоцыганом. Чем личный бренд отличается от социального капитала и почему инфобизнес токсичен для клиентов.
Когда перестаёшь общаться, случайные встречи исчезают — даже если живёте в одном доме. Кажется, матрица экономит ресурсы.
Что делает мозг в момент покупки: прилежащее ядро предвкушает награду, инсула реагирует на боль цены, а префронтальная кора гасит выгоды, если дорого.
Aviasales не продаёт билеты, а ведёт трафик партнёрам за комиссию. Разбираю модели монетизации в travel и почему обещания «цен ниже Aviasales» чаще всего врут.
«Надо» звучит как принуждение к чужой воле, «нужно» — как просьба и выбор. Если что-то хотите от меня, пишите «нужно».
Про деструктивный совет «не отвечай, расскажи взрослым» и зачем учить детей адекватно отвечать на агрессию.
Каждый интересный проект у меня начинался с «Привет, есть идея. Интересно?» — и с работой так же. Писать первым полезно.
Почему подписки удобны только для бизнеса, чем раздражают пользователей и за что не люблю облака — но всё равно буду ставить подписки, чтобы выжить.
Шесть поездок за год и мысль «не думал, что поездки выматывают» — встреча с собой из 2016 закончилась бы пощёчиной.
Политик — это продукт со своими целями, инвесторами, маркетингом и сегментами. Почему слепо верить риторике опасно и как работает эта «бизнес-модель».
Несколько историй о том, как люди без связей и денег пришли в IT: от грузчика и бариста до стажёра в геймдеве. Фото, цитаты и пара цифр.
Ответ на тейк «государство никому ничего не должно, добивайся сам и не плати за бедных»: люди разные по рискам, статистика успеха грустнее, и это не левацкая позиция.
В 17 лет «Продавец обуви» казался билетиком в жизнь без начальников, в 24 — одой безумцам, а сейчас это книга, под которую хочется дом у озера, любимую жену и спокойствие.
Месяц пишу в стол и на автомате закрываю задачи без эмоций: много читаю, высыпаюсь, не срываю сроки — и не публикую твиты. Похоже на самосаботаж, но это не выгорание.
Инцидент из PM-чата: лайк=1, дизлайк=2, перепутали маппинг, три месяца оценивали наизнанку, выдавали бонусы и увольняли «по ошибке».
Почему я пишу о тюрьмах, что такое ресоциализация, как устроены подходы к наказанию, финансирование и почему условия содержания влияют на рецидивы.
Как мы сами рубим ветку, на которой сидим: психологические причины самосаботажа в бизнесе, от страха успеха до привычки к хаосу.
25 лет, и единственное, чего хочу, — деревянный домик на берегу озера, библиотека и год полной изоляции.
Две недели мерил уровень энергии по часам, добавлял прогулки и холодный душ, и понял: решают ритуалы, а не время подъёма. Таблицы вместо картинок.
Два года живу по принципу: важное прилетит в инфополе само; на остальное не влиять — убрать. Новости не дают value, пропаганды хватает часа в неделю.
С подозрением на аппендицит прошёл 250 метров до клиники, выслушал нотации и понял: меньше слушайте твиттерских куколдов, вызывайте скорую.
Питчдеки любят TAM/SAM/SOM. Рассказываю без инфографик: чем отличаются PAM, TAM, SAM, SOM, почему EVG не нужен до MVP и как прикинуть рынок на примере школ.
Любой забор — из профлиста, камня, бутылок или живой изгороди — это маленькое право на личную свободу в тоталитарном мире.
Фильтровать окружение — не про цинизм, а про самоанализ: как я делал таблицу на друзей и что выяснил про поддержку, доверие и деньги.
Удаление 17-го зуба, судороги от обезбола, удушье, падающий металл и корейский внедорожник на зебре — неделя, когда пункт назначения казался реальностью.